Сталинский план военной кампании на 1942 г.

5 января 1942 г. состоялось совместное заседание Ставки ВГК и ГКО, на котором обсуждался план дальнейших действий на советско-германском фронте зимой-весной 1942 г. И.В. Сталин, высоко оценивший успешный ход наступательной операции под Москвой, заявил, что главной целью новой военной кампании должно стать всеобщее наступление советских войск по всей линии фронта от Баренцева до Черного морей.

– Войскам Ленинградского (М.С. Хозин) и Волховского (К.А. Мерецков) фронтов во взаимодействии с Балтийским флотом (В.Ф. Трибуц) была поставлена задача разгромить основные силы группы армий «Север» и полностью деблокировать Ленинград:

– Войска Северо-Западного фронта (П.А. Курочкин) должны были нанести из района Осташков – Демянск мощный удар по частям и соединениям противника на стыке групп армий «Центр» и «Север»;

– Войскам Калининского (И.С. Конев) и Западного (Г.К. Жуков) фронтов была поставлена задача продолжить наступательную операцию на центральном участке фронта и разгромить основные силы группы армий «Центр» в районе Ржева – Вязьмы – Смоленска.

– Войска Юго-Западного (Ф.Я. Костенко) и Южного (Р.Я. Малиновский) фронтов должны были разгромить основные силы группы армий «Юг», освободить левобережную Украину и закрепиться на правом берегу Днепра.

– Войска Кавказского фронта (Д.Т. Козлов) во взаимодействии с частями и соединениями Черноморского флота (Ф.С. Октябрьский) должны были полностью освободить Крымский полуостров и снять осаду Севастополя.

Предложение И.В. Сталина о всеобщем наступлении на фонте было полностью поддержано маршалами К.Е. Ворошиловым и С.К. Тимошенко. Однако в той или иной степени против сталинского плана выступили заместитель председателя СНК СССР Н.А. Вознесенский, начальник Генерального штаба РККА маршал Б.М. Шапошников и командующий Западным фронтом генерал армии Г.К. Жуков. Их аргументы состояли в следующем:

1) Наступление можно продолжить только на центральном участке советско-германского фронта, где в результате успешных контрударов под Москвой противник полностью деморализован и не в состоянии в ближайшее время оказать достойного сопротивления советским войскам.

2) На остальных участках советско-германского фронта следует перейти к стратегической обороне, поскольку: а) отсутствуют объективные оперативно-тактические предпосылки для успешного хода наступательных операций; б) военно-промышленный комплекс страны еще не в состоянии произвести необходимого количества вооружений и боеприпасов для одновременного проведения нескольких крупных наступательных операций на всем советско-германском фронте.

Однако эти доводы не были приняты во внимание большинством членов ГКО и Ставки, и И.В. Сталин в категорической форме настоял на утверждении предложенного им плана военной кампании на 1942 г., который в итоге практически провалился и закончился крупным поражением советских войск, особенно на юго-западном стратегическом направлении. Другой серьезный просчет вождя состоял в том, что он, полностью доверившись руководству военной разведки, возглавляе¬мой в тот период генерал-майором А.П. Панфиловым, отдал приказ о переброске на Западный фронт значительных воинских резервов и боевой техники с других стратегических направлений и фронтов. В данном случае роковую роль сыграло то обстоятельство, что советские разведчики попались «на удочку» германской военной разведки – «Абвера», возглавляемого адмиралом Ф. Канарисом, агенты которой смогли убедить их, что весной 1942 г. начнется новое генеральное наступление на Москву под кодовым названием «Кремль».

Военные операции на фронте зимой – летом 1942 г.

В конце декабря 1941 г. во исполнение приказа Ставки ВГК началась реализация целого ряда локальных наступательных операций, которые на первом этапе имели тактический успех.

– В ходе Керченско-Феодосийской десантной операции (декабря 1941 г. – январь 1942 г.) войска Закавказского фронта (Д.Т. Козлов), освободив восточную часть Керченского полуострова, не только предотвратили реальную угрозу вторжения германский войск на Северный Кавказ, но и создали удобный плацдарм для полного освобождения Крымского полуострова от противника;

– В ходе Торопецко-Холмской (январь – февраль 1942 г.) и Демянской (январь – май 1942 г.) наступательных операций войска Калининского (И.С. Конев) и Северо-Западного (П.А. Курочкин) фронтов, разгромив передовые части 9-й (В. Модель) и 16-й (Э. Буш) полевых армий вермахта, продвинулись вперед на 200–300 километров и вышли на рубеж Старая Русса – Холм – Великие Луки.

Командующий Ленинградским фронтом Л.Говоров, 1942 г.

Командующий Ленинградским фронтом Л.Говоров, 1942 г.

В ходе этих операций были в максимальной степени реализованы замыслы Ставки ВГК, однако остальные наступательные операции либо полностью провалились, либо имели незначительный тактический успех.
– В ходе Любаньской наступательной операции (январь – апрель 1942 г.) войска Волховского (К.А. Мерецков) и Ленинградского (М.С. Хозин) фронтов так и не смогли реализовать поставленных задач, и 2-я ударная (А. Власов) и 59-я (И. Галанин) общевойсковая армии Волховского фронта перешли к вынужденной обороне.
– В ходе Ржевско-Вяземской и Сычёвско-Вяземской наступательных операций, которые проводились в январе – апреле 1942 г. силами тринадцати общевойсковых армий Главного командования войск Западного направления (Г.К. Жуков), основные оперативно-тактические цели, в частности освобождение Ржева и Вязьмы, так и не были достигнуты. Вместе с тем, в ходе тяжелых кровопролитных боев советским войскам удалось существенно продвинуться вперед на 100–200 километров и, успешно завершив Московскую наступательную операцию, закрепиться на рубеже Велиж – Демидово – Белый – Сычевка – Нелидово – Гжатск – Юхнов – Людиново. Однако следует отметить и тот факт, что в ходе проведения этих операций в окружение под Ржевом и Вязьмой попали войска 29-й (В. Швецов) армии Калининского фронта и 33-й (М. Ефремов) армии Западного фронта.

Надо сказать, что в последнее время в рамках широкомасштабной информационной войны против нашей страны целый ряд ангажированных авторов (В. Мельников, В. Сафир, Ф. Свердлов, С. Михеенков) стали очень активно муссировать вопрос о так называемой «Вяземской катастрофе» апреля 1942 г., в которой трагически погиб командарм 33-й армии генерал-лейтенант М.Г. Ефремов, который, будучи раненным при попытке выхода из окружения, застрелился из-за угрозы быть взятым в плен. Естественно наши «патриоты» возложили всю вину за окружение советских войск под Вязьмой и гибель командарма 33-й на командующего Западным фронтом генерала армии Г.К. Жукова, который якобы всегда недолюбливал строптивого командарма и сознательно обрек на гибель его армию. Однако анализ реальных документов говорит о том, что вина за «Вяземскую катастрофу» в равной степени лежит на всех, в том числе на Ставке ВГК, которая собственно и санкционировала саму Ржевско-Вяземскую операцию.

– В ходе Барвенковско-Лозовской наступательной операции, которая проводилась в январе 1942 г. войска Южного (Р.Я. Малиновский) и Юго-Западного (Ф.Я. Костенко) фронтов, продвинувшись вперед на 90–100 километров, так и не смогли выполнить поставленных задач по освобождению Днепропетровска, Харькова и Полтавы.

В мае – июне 1942 г. на различных участках советско-германского фронта противник сумел достичь значительных оперативно-тактических успехов, которые существенно осложнили положение советских войск, особенно на юго-западном стратегическом направлении.

В первой половине мая 1942 г. войска 11-й полевой армии фельдмаршала Э. Манштейна, прорвав оборону 44-й (С. Черняк), 47-й (К. Колганов) и 51-й (В. Львов) армий Крымского фронта, захватили Керчь и вынудили остатки советских войск поспешно отступить на Таманский полуостров. Результаты этой военной катастрофы, вина за которую целиком и полностью лежит на представителе Ставки ВГК генерал-полковнике Л.З. Мехлисе и командующем Крымским фронтом генерал-лейтенанте Д.В. Козлове, оказались огромны: а) германские войска на плечах отступающих советских частей ворвались на Кавказ; б) советские войска вынуждены были оставить символ русской воинской славы – Севастополь, героическая оборона которого продолжалась почти целый год.
12 мая 1942 г. по инициативе Главного командования войск Юго-Западного направления (С.К. Тимошенко, Н.С. Хрущев, И.Х. Баграмян) началась Харьковская наступательная операция. И хотя руководство Генерального штаба РККА, в частности маршал Б.М. Шапошников и генерал-полковник А.М. Василевский, в довольно осторожной форме высказалось против проведения крупномасштабной наступательной операции на этом стратегическом направлении, И.В. Сталин, К.Е. Ворошилов и другие члены ГКО и Ставки первоначально поддержали эту откровенную авантюру, авторами которой были С.К. Тимошенко и Н.С. Хрущев.

Пленные советские солдаты. Барвенковский котёл, май 1942 г.

Пленные советские солдаты. Барвенковский котёл, май 1942 г.

В соответствии с планом операции в наступление на Харьков с Барвенковского выступа и из района Волчанска перешли войска 6-й (А. Городнянский), 21-й (В. Гордов), 28-й (Д. Рябышев) и 38-й (К. Москаленко) армий Юго-Западного фронта. Первоначально их наступление развивалось относительно успешно и к исходу пятых суток боев, прорвав оборону 6-й полевой армии генерал-полковника Ф. Паулюса, они продвинулись вперед на 25–50 километров. Но уже 17 мая совершенно неожиданно из района Краматорска и Славянска по войскам 9-й (П. Козлов) и 57-й (К. Подлас) армий Южного фронта генерал-лейтенанта Р.Я. Малиновского был нанесен мощный танковый удар со стороны группы армий «Клейст».

В создавшейся ситуации новый начальник Генерального штаба РККА генерал-полковник А.М. Василевский предложил И.В. Сталину немедленно прекратить наступление войск Юго-Западного фронта и повернуть войска 6-й армии генерал-лейтенанта А.М. Городнянского и фронтовой оперативной группы генерал-лейтенанта Л.В. Бобкина для ликвидации крайне опасного прорыва противника в полосе Южного фронта. Однако Верховный Главнокомандующий только 19 мая дал разрешение на переход к обороне по всей линии фронта, но было уже слишком поздно. 23 мая передовые части 6-й полевой армии и группы армий «Клейст» соединились южнее Балаклеи и окружили войска 6-й и 57-й армий. В ходе ожесточенных боев, продолжавшихся 24–29 мая 1942 г., большая часть советских войск так и не смогла вырваться из окружения и многие бойцы и командиры пали смертью храбрых на поле боя, в том числе заместитель командующего Юго-Западным фронтом генерал-лейтенант Ф.Я. Костенко и командармы Л.В. Бобкин, А.М. Городнянский и К.П. Подлас.

Во второй половине июня 1942 г. войска 59-й (И. Коровников) и 2-й ударной (А. Власов) армий Волховского фронта (К.А. Мерецков), героически сражаясь с противником в районе Любани, были окружены и практически полностью разгромлены превосходящими силами 18-й полевой армией генерал-полковника Г. Линдемана. При этом командарм 2-й ударной армии генерал-лейтенант А.А. Власов добровольно сдался в плен и, перейдя на службу к врагу, возглавил так называемую Русскую Освободительную армию (РОА), навечно запятнавшую себя несмываемым позором перед памятью живых и павших героев Великой Отечественной войны.

В конце июня – начале июля 1942 г. в ходе Воронежско-Донбасской оборонительной операции войска Брянского (Ф.И. Голиков), Юго-Западного (С.К. Тимошенко) и Южного (Р.Я. Малиновский) фронтов, неся огромные потери, отошли на 150–400 километров вглубь страны и оставили противнику всю территорию Донбасса и Ростовской области РСФСР.

Евгений Спицын,
автор Единого учебника истории в 4-х томах