Надо сказать, что в сталинской историографии (П. Жилин) катастрофическое отступление Красной армии летом 1941 г. пытались оправдать реализацией особого стратегического плана обороны, главной целью которого был измотать противника в пограничных боях, заманить его вглубь советской территории, а затем, собравшись с силами, нанести ему сокрушительный победный удар. Безусловно, такая историческая аналогия с Отечественной войной 1812 г. являлась беспардонным вымыслом, поскольку никакого плана стратегической обороны войск попросту не существовало, а советская военная доктрина, принятая в 1935 г., целиком базировалась на известном принципе: «Красная армия будет бить врага малой кровью на его территории».

Реальная обстановка на фронтах в первые дни войны оказалась катастрофической. Самая опасная ситуация сложилась на западном стратегическом направлении, где высшее военное руководство Западным фронтом (командующий генерал армии Д.Г. Павлов, начальник штаба генерал-майор В.Е. Климовских), полностью утратило контроль за вверенными им войсками и совершенно не владело объективной информацией о положении дел на их участке фронта. Столь плачевную ситуацию не смогло изменить и прибытие на фронт в качестве представителей Ставки ВГК маршалов Б.М. Шапошникова и Г.И. Кулика.

Колона солдат в Москве, сентябрь 1941Тем временем противник силами 4-й полевой армии фельдмаршала Г. Клюге и 9-й полевой армии генерал-полковника А. Штрауса окружил западнее Минска войска 3-й и 10-й армий генералов В.И. Кузнецова и К.Д. Голубева, а 4-ю армию генерала А.А. Коробкова вынудил спешно отойти из района Бреста в район Припяти. Таким образом, на центральном участке Западного фронта образовалась огромная брешь, в которую устремились танковые части вермахта. Уже вечером 28 июня, не встречая серьезного сопротивления со стороны советских войск, противник занял столицу Советской Белоруссии город Минск.

В создавшейся обстановке Ставка приказала срочно отвести все боеспособные части к Западной Двине и создать на линии Даугавпилс — Полоцк — Витебск — Орша Могилев новую линию обороны. Однако эта директива Ставки так же оказалась невыполнима, поскольку уже 29 июня передовые части 3-й танковой группы генерал-полковника Г. Гота форсировали Западную Двину и, прорвав оборону 22-й армии генерал-лейтенанта Ф.А. Ершакова, захватили Даугавпилс.

30 июня 1941 г. генерал армии Д.Г. Павлов был отстранен от командования Западным фронтом и вызван в Москву, где 16 июля 1941 г. по приговору военного трибунала вместе с семью другими подчиненными ему генералами (В.Е. Климовских, А.А. Коробков, А.Т. Григорьев), обвиненными в сознательном развале фронта, был расстрелян. Новым командующим Западным фронтом был назначен маршал С.К. Тимошенко, которому И.В. Сталин приказал в кратчайшие сроки создать новую линию обороны на самом опасном смоленском направлении.

Более благоприятная ситуация в первые дни войны сложилась на Юго-Западном фронте (командующий генерал-полковник М.П. Кирпонос, начальник штаба генерал-лейтенант М.А. Пуркаев), куда в качестве представителя Ставки прибыл начальник Генерального штаба генерал армии Г.К. Жуков. Под его непосредственным руководством штабными работниками фронта (полковник И.Х. Баграмян) был разработан план контрудара по войскам 6-й полевой армии фельдмаршала В. Рейхенау и 1-й танковой группе генерал-полковника Э. Клейста, которые, прорвав Рава-Русскую и Перемышльскую линии обороны, вышли на оперативный простор и устремились в направлении Ровно — Житомир — Киев.

26 июня в районе Дубно — Луцк — Владимир-Волынский части четырех мехкорпусов 5-й и 6-й общевойсковых армий генералов М.И. Потапова и И.Н. Музыченко, нанесли ряд мощных фланговых ударов по передовым частям противника, в результате которых фельдмаршал Г. Рундштедт не только ввел в бой новые резервы, но и вынужден был остановить дальнейшее продвижение к Киеву. Тем не менее, 30 июня по приказу Ставки войска Юго-Западного фронта начали планомерный отход на вторую линию укрепрайонов, расположенных на старой государственной границе СССР. А 10 июля 1941 г. для координации действия фронтов ГКО принял решение об организации Главных командований войск Северо-Западного, Западного и Юго-Западного направлений, главкомами которых стали маршалы К.Е. Ворошилов, С.К. Тимошенко и С.М. Буденный. Между тем, ситуация на фронте продолжала стремительно ухудшаться. Советские войска несли колоссальные потери в живой силе и технике. Только за первые две недели боев в плену у противника оказалось свыше одного миллиона советских солдат и офицеров.

Надо сказать, что в зарубежной и российской историографии до сих пор не прекращается спор о том, что же стало причиной столь катастрофического развития событий на фронте в первые дни и недели войны. Объяснений этому феномену было достаточно много, в том числе совершенно фантастические построения А.М. Мартиросяна о тотальном засилье в руководстве Наркомата обороны СССР откровенных предателей, среди которых были даже маршал С.К. Тимошенко и генерал армии Г.К. Жуков, но все они, на наш взгляд, не вполне отвечают на поставленный вопрос. Хотя, сам маршал Г.К. Жуков в своих знаменитых мемуарах «Воспоминания и размышления» (1969) откровенно писал, что «трактовка внезапности как трактуют ее сейчас, и как ее трактовал И.В. Сталин, не совсем объективна, поскольку «внезапный переход границы сам по себе еще ничего не решал. Главная опасность внезапности состояла в том, что на решающих направлениях противник имел шести-восьми кратное превосходство сил и средств. Внезапным оказался масштаб сосредоточения войск противника и сила их ударов. Это и есть главное, что предопределило наши потери первого периода войны».

Часть I, Часть II, Часть III, Часть IV, Часть VI

Евгений Спицын,
автор Единого учебника истории в 4-х томах